На коронации принца Альбрехта III Янга собралось всё пресвящённое общество. Не присутствовали лишь те, кому по долгу службы надлежало находиться в полях в разгар войны, которая начинала набирать всё большие обороты, и каждый человек был на счету. Чета Ульбрихт также присутствовала на этом судьбоносном мероприятии и своими глазами видела, как на голову принца опускается корона, а спустя мгновение на его груди распускается кровавый цветок от прорезавшей её пули.

Все присутствующие гулко выдохнули, и по собору, где свершилось это кощунственное убийство, прокатился тяжёлый гул. Принц осел на мраморные ступени подле алтаря, но умер не сразу. Одного взгляда на ранение было достаточно, чтобы Томаш понял: оно смертельное. Сколько бы медики ни боролись за жизнь несостоявшегося короля Тезеи, спасти его удастся лишь по воле провидения, а оно в последнее время было отнюдь не на стороне династии Янгов.

Не дожидаясь развязки, Томаш стремительно вывел свою семью из густой толпы, заполонившей собор. Он усадил жену и дочерей в экипаж, сел сам и велел гнать лошадей к турмской резиденции своей семьи.

По дороге Томаш изрядно вспотел, хотя на дворе стояла уже поздняя осень. Несколько дней кряду лили дожди, и воздух был холоден и влажен. Но то, что случилось сперва с королём, а затем и с принцем, выбивало почву из‑под ног, лишая опоры и ясности мысли.

Когда они прибыли, Томаш строго повелел домочадцам не покидать резиденцию, запереть двери и не пускать никого, кроме него самого. После этого он отбыл во дворец и вернулся лишь спустя шесть часов.

Вернулся он бледный, точно полотно. Супруга, встречавшая его на пороге, наверняка, заметила, что даже руки графа потрясываются от нервного напряжения, когда он снимал пальто.

— Всё кончено, — произнёс Томаш, передавая пальто слуге и проходя дальше, в гостиную. Он расстегнул пуговицы у горла и опустился в кресло, будто силы разом покинули его.

Руки его лежали на подлокотниках, но чувствовалось, что сидеть ему сейчас невероятно тяжело.

— С династией Янгов покончено, — тихо добавил он, вытирая пот со лба, и поднял взгляд на жену.

Впервые Томаш не знал, что делать, и сейчас был не готов ответить на самый главный вопрос: как быть им дальше.

— Турмский дворец захвачен. Сторонники Бозуордов посадили на трон Тезеи старшего сына Вольдемара — Артура. На главной площади бунтовщики устроили перестрелку. Полиция едва справляется. Турм тонет в крови.

Подпись автора

сюжетные скрепы * хронология