Прошлым днём Урсула с мужем прогуливались по ярмарке, наслаждаясь тёплым днём. Сегодня же, спустя почти сутки, она вновь направилась туда, но теперь в сопровождении служанки, нанятой три недели назад.

Накануне вечером они наконец заселились в новую двухэтажную квартиру. Уютное гнёздышко требовало обустройства, и Урсуле предстояло присмотреть кое‑что для его убранства. Однако не только эта забота привела её на ярмарку во второй раз.

Накануне, заглянув с мужем в антикварную лавку, Урсула заметила один ковёр. Он бросился ей в глаза отнюдь не случайно. В нём было нечто притягательное, почти знакомое. Что‑то неуловимо тревожное и в то же время дьявольски привлекательное. О, она точно знала, что это не просто ковёр. За его узором скрывалось нечто поинтереснее.

После того как ковёр был куплен и отправлен по новому адресу с нанятым рабочим, Урсула, впрочем, не спешила домой. Погода стояла хорошая. Кроме того, ей нужно было приобрести что-то для быта. Она продолжила неспешную прогулку, разглядывая товары на местных прилавках: изящные фарфоровые статуэтки, ткани всевозможных расцветок — сукно, ситец, холст, пёструю пестрядь, нарядные платки, разнообразную посуду, а ещё — всевозможные мыла и масла и, разумеется, дамские мелочи вроде популярной пудры.

Остановившись возле одного из торговых рядов, Урсула невольно залюбовалась постельным бельём. Ткань украшали пышные маки, да настолько яркие, что они словно вспыхнули перед её глазами. Очарование оказалось столь сильным, что она не ограничилась одним комплектом. Вскоре ещё один нанятый рабочий поспешил к её новому дому, везя сразу четыре изысканных набора, прибывших из загадочного царства Ирдиас, края, известного своими превосходными текстильными изделиями.

Закончив с тканями, Урсула переключилась на столовые приборы. Прошлым вечером они ужинали в местном ресторане, и это лишь укрепило её желание устраивать трапезы дома. Да и рано или поздно придётся принимать гостей. Это лишь вопрос времени. Подходя к делу практично, она не скупилась и с особым вниманием выбирала фарфор.

Уже через полтора часа блужданий служанка изнемогала от жары и едва плелась следом за своей госпожой. Урсула же, словно не испытывая усталости, продолжала внимательно оценивать представленные товары.

Она была вынуждена считаться с модой и потому облачилась в тёмно‑синее платье, подчёркивавшее талию благодаря корсету. На голове гордо красовалась шляпка того же цвета, украшенная пышными искусственными цветами. В руках, как водится, Урсула держала зонтик от солнца, хотя в нём почти не было нужды. Но мода есть мода.

Неожиданно рядом возникла девушка с корзиной цветов. Она выглядела как обычная цветочница. В тот момент, когда Урсула слегка отстранилась, пытаясь обойти её стороной, та будто оступилась. Корзина с цветами с грохотом опрокинулась прямо ей на подол. Несколько фиалок рассыпались по земле, стебли и листья зацепились за кружево отделки.

Пока Урсула отшатывалась, машинально отряхивая платье и пытаясь освободить подол от зацепившихся стеблей, цветочница суетилась у её ног. Её движения были довольно быстрыми, и, вероятно, никто бы не заметил ничего странного в таком поведении, вот только с руки новоиспечённой виконтессы Тепельхоф внезапно пропало одно кольцо.

Урсула неплохо знала, как ловко орудуют руками мошенники, и уловила тот самый миг, когда девушка умудрилась украсть колечко прямо с перчатки. Однако прежде чем та успела удрать, она схватила её за предплечье, остановив твёрдым голосом:

— Милочка, кажется, вы забрали кое‑что, что принадлежит мне, — она смотрела ей в глаза, едва заметно улыбаясь уголками губ. — У вас определенно талант…

Тут же рядом засуетилась служанка, которая обеспокоенно спросила, не следует ли им позвать жандармов.

— Уверена, что наша маленькая воровка уже раскаивается в содеянном… — сказала Урсула, не желая привлекать лишнего внимания, хотя, безусловно, они уже обратили на себя взгляды прохожих.

Подпись автора

Хронология

— Хороша, чертовка, — усмехнулась Урсула, смотря прямо в глаза девушки. В её взгляде читалась такая дерзость, что могло показаться: она и сама когда‑то была авантюристкой и вся эта ситуация её чрезвычайно забавляла.

И ведь действительно забавляло! Девушка так искусно изображала несчастную невинность, что Урсуле стало чрезвычайно любопытно посмотреть на неё в каком‑нибудь ином деле. Если для одних она была обычной уличной воровкой, бесталанной, которой самое место на рудниках острова Йух, куда тезейцы ссылали всех неугодных, то Урсула разглядела в ней талант, какой встречался отнюдь не у каждого человека.

— Цыц! — прицыкнула она, заставив ту замолчать. — Не будь дурной. Я видела, что ты сделала, так что не пытайся меня одурачить. Но… — её голос стал чуть тише, чтобы их никто не мог услышать, — ты можешь и дальше бегать по улицам с корзинкой, в надежде, что тебя не поймают…

Она замолчала, давая осмыслить сказанное, и, чуть одёрнув её за рукав, отвела в сторону, жестом велев служанке сделать шаг назад.

— …а можешь пойти со мной и получить настоящее дело, — продолжила Урсула, пристально глядя на девушку. — Никаких больше холодных чердаков и погонь по крышам. У меня ты будешь получать гельты за работу и такую, где твои таланты оценят по достоинству. Ты ловка, быстра и умеешь заговаривать зубы. Мне как раз нужна пара таких рук… и глаз.

И это была чистая правда. Урсула уже поняла, что ей понадобится человек, которому она могла бы доверять. А нынешней гувернантке, следовавшей за ней в тот день, она доверять не могла и на то имелось множество причин.

Эта женщина, хоть и сохраняла вид благопристойной тезейки, была слишком прямодушна и предсказуема. Она скорее бы честно ответила любому, кто спросит, чем занимается хозяйка в уединении, чем помогла бы скрыть какие‑либо тайны.

Так уж вышло, что Урсулу не принимало не только светское общество, но и те, кто относился к числу людей, не терпящих «цветных». А в Тезее таких было большинство. Даже выполняя работу за плату, многие из них были готовы предать нанимателя при первой удобной возможности.

— Бери руку, которая тебе предлагает помощь, а то окажешься в холодных казематах, а то и на рудниках, — ухмыльнувшись, добавила Урсула, скользнув взглядом с глаз на губы девушки, а затем снова посмотрев в глаза.

Между тем их заприметили и жандармы, которые следили за порядком, и которые теперь направлялись к ним. У несчастной были минуты две, чтобы принять решение.

— А кольцо оставишь как первую плату, — сказала Урсула.

А девица была хороша: рыжие волосы, словно языки пламени, и большие яркие глаза, в которых плясали озорные искорки. Мужчины таких любили — и не зря. Такая могла многое выведать, да и многое сделать, стоило лишь улыбнуться или бросить загадочный взгляд.

Подпись автора

Хронология