Как и полагалось фрейлине вдовствующей королевы, Урсула получила жильё при дворе Его Величества. Её разместили в западной части королевской резиденции — в отдельных апартаментах служебных покоев дворца. Здесь, вдали от парадных залов и шумных коридоров, она оказалась предоставлена в большей степени самой себе, что было редкостью для придворных дам. Скромные, но уютные комнаты с окнами во внутренний двор давали необходимую приватность и в то же время позволяли оставаться достаточно близко к покоям вдовствующей королевы, чтобы явиться по первому зову.

На Турм уже спустилась ночь, когда она разоблачилась от платья и надела сорочку из тонкого батиста с кружевной отделкой по вороту и манжетам. Лёгкая ткань мягко легла на плечи, а привычный ритуал переодевания принёс долгожданное ощущение покоя после напряжённого дня при дворе.

Присев напротив зеркала, Урсула принялась извлекать из волос шпильки, которые удерживали её непокорные локоны в причёске. Голова от них частенько гудела, но это была вынужденная необходимость, дань придворному этикету. Вскоре её кудри легли непокорной волной на плечи, чуть прикрывая грудь и топорщащиеся из‑под тонкого батиста упругие соски.

Погода за окном была прохладной, и, поскольку этой ночью она решила не зажигать камин, в комнате повисла приятная свежесть. Воздух казался чистым и лёгким, будто пропитанным ночной росой.

Неожиданный удар со стороны окна заставил Урсулу вздрогнуть. Она резко развернулась, устремив напряжённый взгляд туда, откуда донёсся звук, затем поднялась и подошла к окну. Распахнув створки, она выглянула вниз, и в тусклом свете фонарей увидела виконта Теппельхофа.

— Ваша Милость! Что вы здесь делаете? — спросила Урсула, осмотревшись по сторонам.

Дворец постоянно обходили офицеры, которые несли караульную службу по периметру и на ключевых постах. В любое время суток можно было встретить патруль — бравых гвардейцев в парадной форме с начищенными пуговицами и сверкающими эполетами. Урсула невольно понизила голос, стараясь, чтобы её не услышали посторонние: ночная встреча фрейлины с виконтом могла породить нежелательные слухи.

— Оставайтесь на месте! Я сейчас спущусь…

Урсула отошла от окна, быстро нашла взглядом халат, накинула его на плечи и покинула свои покои. Она вышла из дворца не обычным способом, а через потайные ходы, которые выучила достаточно хорошо, чтобы легко передвигаться, и по которым провела виконта.

Узкие каменные коридоры, едва освещённые редкими настенными светильниками, казались лабиринтом для постороннего, но Урсула двигалась уверенно, почти не задумываясь о пути. Виконт следовал за ней, и оба они старались не шуметь. Она свернула в боковой проход, отодвинула потайную панель и жестом пригласила его пройти вперёд.

Так они оказались в её покоях. Урсула помогла ему стянуть шинель, которая промокла под дождем, и повесила её на стул.

— Бедный мой мальчик, — причитала она. — Вы совсем из ума выжили! Разве же можно было так рисковать? А если бы вас заметили… Дитрих! Ужель нельзя было подождать до утра? Что за бесы гнали вас среди ночи…?

Впрочем, какие именно это были бесы, Урсула догадывалась: она уловила лёгкий запах алкоголя, исходящий от виконта Теппельхофа.

Подпись автора

Хронология

Когда виконт поделился с Урсулой своими тревогами, она впервые увидела его в столь удручённом состоянии. Он казался полностью поглощённым горьким разочарованием, словно тяжесть этого чувства пригнула его плечи. Несмотря на тёмную природу её мастерства, в ней всё же жили человеческие чувства, так что она вполне могла понять его и даже испытать к нему нечто вроде искреннего сострадания.

Урсула не собиралась прогонять его в ночь. Вместо этого, подойдя к Дитриху, который сидел на подлокотнике кресла, она обняла его и прижала к своей пышной груди, едва охватываемой тонким батистом.

— Ну‑ну, мой милый, — тихо повторяла Урсула, оглаживая его кудрявую голову. — Ваш отец — ужасный человек.

Теперь‑то ей стало понятно, почему виконт дал обещание в саду не поднимать на неё руки, даже если она будет его неимоверно раздражать. Очевидно, граф Теппельхоф неоднократно дурно обращался с его матушкой. И если уж ему хватило смелости замахнуться на законную супругу, значит, слуги страдали не меньше от его крепкой руки.

Её взгляд скользнул на зеркало, которое находилось прямо за спиной виконта, и в свете свечей она увидела тёмную фигуру своего Владыки, который наблюдал за происходящим в комнате, и словно бы напоминал своим присутствием Урсуле, кем она в действительности являлась.

— Я никуда вас не отпущу этой ночью, — не отрывая взгляда от тёмной тени, произнесла Урсула, продолжая нежно оглаживать золотистые локоны виконта и зарываться в них пальцами. — И вы расскажете мне обо всём, что наболело у вас на душе.

Она чуть отстранилась, обхватила его голову обеими руками и заглянула в голубые глаза, напоминавшие ей чистые озёра.

— Но для начала позвольте снять с вас эту влажную рубашку, а я тем временем подыщу тёплый плед, — проговорила Урсула, мягко улыбнувшись виконту. — Не прощу себе, если вы подхватите горячку.

Пока виконт избавлялся от верхней части одежды, она действительно нашла плед, которым после накрыла его плечи, а затем подошла к камину и сама разожгла огонь, чтобы не звать слуг. Спустя какое-то время они расположились на софе, недалеко от очага. Голова виконта лежала у неё на коленях, и она все также нежно поглаживала его.

— Вас задели слова батюшки, Дитрих? — мягко спросила она. — Вы ведь не могли не сознавать с самого начала, что наши отношения — мезальянс в глазах тезейского общества. Я давно привыкла к тем взглядам, коими удостаивают меня придворные, — они не властны надо мной. Пусть судачат, сколько душе угодно: кто идёт впереди, всегда слышит шёпот за спиной. Но готовы ли вы к столь тяжким испытаниям? Ваш батюшка… он кажется мне человеком весьма жёстким. Не опасаетесь ли, что он может лишить вас наследства?

Подпись автора

Хронология

Урсула не считала, что титул и положение играют первостепенную роль в жизни с тех самых пор, как поняла, что даже облечённые властью люди легко могут лишиться всего этого, да ещё и головы в придачу, если на пути им повстречается та сила, которая сможет заставить их пасть на колени. И эта сила была у неё в руках, пусть за неё и приходилось платить довольно высокую цену.

Дитрих с такой лёгкостью говорил о том, что вскоре может потерять всё своё наследство, словно сам хотел бы избавиться от него как можно скорее. И то, что он не боялся расстаться ни с титулом, ни с деньгами, делало ему честь в глазах Урсулы. На её памяти именно те, кто держался за них крепче всего, совершали поступки куда более ужасные, чем пришлось совершить ей.

Она продолжала гладить его по голове, внимая каждому слову, временами касаясь своими ладонями его щёк. Её смуглая кожа ярко контрастировала с его белой, и оттого они выглядели особенно интересной парой — такой, какую не встретишь обычно на улицах Турма.

— Вы гораздо больше, чем ваш титул, мой дорогой, — с нежностью в голосе произнесла Урсула. — И я верю, что если вы только пожелаете, то добьётесь всего, чего только хотите. Вы невероятно умны и талантливы. Вас, мой милый, поцеловали боги.

Урсула скользнула к его здоровой руке, взяла её в свою, поднесла к своим губам и поцеловала.

— Поцеловали… и благословили, — сказала она, прильнув к его раскрытой ладони своей щекой, чуть прикрыв глаза.

Она и правда верила, что он бы мог многого добиться, если бы приложил усилия, ведь даже ей — бывшей рабыне — удалось достичь невероятных высот, если верить сплетникам, судачащим у неё за спиной. А он — человек с хорошим образованием и цветом кожи, который обычно не вызывал вопросов, — и вовсе был обречён на успех.

— Ваш батюшка ещё локти будет кусать, когда узнает, что вы превзошли его, — с нежностью посмотрев на виконта, сказала Урсула. — А это непременно случится. Помяните моё слово!

Она скользнула и второй рукой по ладони виконта, очертив линию, которую чтецы человеческих судеб называли «линией жизни». Нежно водя по ней указательным пальцем, Урсула говорила ему о том, скольких успехов он может добиться.

— Видите, эта линия глубока и ровна — она говорит о силе духа и верности долгу. Вы пройдёте через испытания, но не сломаетесь. Впереди вас ждут не просто победы — вы станете опорой для тех, кто нуждается в вас. Возможно, именно вы поднимете знамя там, где другие опустятся на колени. И награда придёт. Обязательно придёт, — её губы коснулись его ладони, запечатлев на них невесомый поцелуй.

Урсула снова погладила Дитриха по голове.

— Просто верьте в себя. Верьте так же, как я верю в вас.

Она была похожа на черную кошку, что ластится к хозяйской руке. Так красиво говорила, и так ловко играла на струнах его души.

Подпись автора

Хронология

Уже спустя полчаса они стояли в старой королевской часовне перед капелланом Хорстом. Он был облачён в ночную сорочку, поверх которой на плечах лежал халат, на голове красовался игривый колпак, а в руках капеллан держал свечу.

На дворе уже стояла глубокая ночь, а оттого этот человек никак не ожидал, что в столь позднее время в дверь его кельи начнут столь бурно стучаться господа. Он уже спал, видел не первый сон, и не собирался просыпаться до первых петухов, но был вынужден поднять свои старые кости из постели.
Какого же было удивление капеллана Хорста, когда молодой человек, которого он не так давно видел в обществе короля, вдруг объявил, что желает заключить брачный союз с дамой, лицо которой было таким тёмным, что даже ему, человеку с плохим зрением, было понятно, что это отнюдь не загар.

В молодые годы, когда Хорст был ещё в силах, он проводил целые свадебные церемонии в этой часовне и лично венчал Его Величество с тремя последними королевами. Теперь же перед ним стояла пара, чей союз мог вызвать пересуды при дворе. Капеллан невольно сжал звезду Эвелона, висевшую у него на груди: долг служителя и давние придворные правила вступили в нём в борьбу.

Дитриху пришлось удалиться с ним на какое‑то время, чтобы поговорить и убедить в искренности своих намерений. Пока он беседовал с капелланом Хорстом у окна, Урсула прохаживалась по небольшому помещению часовенки. Свечи отбрасывали дрожащие тени на каменные стены, и те словно оживали, колыхаясь в такт неровному пламени.

Повернув голову, она на мгновение уловила тёмную тень, повторяющую очертания Владыки. Тень плавно скользнула вдоль стены, будто невесомо перемещалась по залу, и растворилась где‑то у алтаря. Сердце Урсулы застучало часто, взволнованно.

В этот момент её окликнул Дитрих. Капеллан, наконец, согласился их повенчать. И хотя она была одета вовсе не для свадьбы, но разве это имело значение? Венчание было поспешным. Вот он делает ей предложение, вот она соглашается, а мгновение спустя перед ними уже возвышается алтарь.

Старый капеллан удалился в келью, чтобы облачиться в церковные одежды, а затем вышел и приступил к церемонии. Они стояли в окружении мерцающих свечей, пламя которых продолжало отбрасывать трепещущие тени на стенах. И в каждой тени Урсула видела его — Владыку Зийира, — словно он незримо присутствовал в этой часовне, воздвигнутой на неосвящённой земле.

— Имаши ли, Дитрих, произволение благое и непринуждённое, и крепкую мысль пояти себе в жену сию Урсулу, юже зде пред тобою видиши? — обратился капеллан к виконту.

Получив от того ответ, он снова спросил:

— Не обещался ли еси иной невесте?

Подпись автора

Хронология

— Имаю, отче, — с чувством произнесла Урсула, не отрывая взгляда от глаз виконта.

Тени от пламени свечей, горевших у алтаря, скользили по его лицу, подчёркивая черты. Капеллан, не меняя тона, продолжил задавать вопросы. Он спросил, не обещалась ли она другому. И хотя ещё недавно, в тени раскидистого каштана, Урсула связала свою судьбу с колдуном Востока, она ответила без тени сомнения:

— Не обещалася.

В этих словах не было ни капли лжи. Она действительно не давала колдуну клятвы стать его супругой. Их связь была иной, куда более глубокой, чем обещания, данные вслух, ведь теперь они были связаны заклятьем крови. Оно скрепило их судьбы крепче любых брачных обетов. Однако оно не могло помешать ей стать женой виконта.

И сейчас, стоя у алтаря, Урсула давала согласие стать его женой, осознавая, что это не только её выбор, но и желание самого Владыки, чем бы оно ни было продиктовано. И всё же этот союз она принимала с превеликим удовольствием, чувствуя, как в душе расцветает тихая радость.

Ей нравилось, как он смотрит на неё. Тот огонь, что разгорался в его сердце и обещал стать бурным пламенем, очаровывал её безмерно. Иной особо чувствительный мотылёк мог бы опалить об него свои крылышки… Но она — не мотылёк, а пламя сама. И потому огонь его сердца лишь разгорался ярче рядом с ней. Они могли согреть друг друга либо спалить дотла.

Когда церемония подошла к концу, Дитрих нежно обхватил её талию своей здоровой рукой. Они  завершили обряд торжественным поцелуем. Капеллан освятил их звездой Эвелона, а затем, когда его присутствие больше не было необходимо, снова удалился в свою келью, пожелав молодожёнам счастья.

Казалось, теперь они могли вернуться и предаться страсти, утопая в шёлковых простынях. Но не успели они переступить порог часовни, как Урсула увлекла мужа в укромную нишу — место, скрытое от чужих взоров. В нише стоял небольшой стол с несколькими свечами, а рядом возвышались скульптуры, словно безмолвные свидетели.

— Нет сил ждать, мой лев, — выдохнула она, осыпая поцелуями его лицо и шею. — Возьми меня. Прямо здесь, сейчас.

Резким движением Урсула смахнула незажжённые свечи со стола, освобождая место. И ловко запрыгнула на него, увлекая Дитриха за собой. В тот же миг пламя свечей у алтаря затрепетало, будто встревоженное, а по стене скользнула тень.

Каменные лики святых, казалось, изменились, а воздух стал густым. Их губы сомкнулись в поцелуе — жарком, отчаянном, — и мир вокруг растворился в шелесте ткани, прерывистом дыхании и отблесках пламени, пляшущих на холодных стенах часовни.

— Никаких запретов, — шептала она между поцелуями, — Я хочу согрешить с тобой. И пусть это будет наш секрет. Самый сладкий. Как твои поцелуи.

Урсула выдохнула в предвкушении, принявшись торопливо избавлять его от одежды. Она чувствовала, что тени за ними наблюдают, но это нисколько не смущало её, а лишь добавляло ещё больше дерзости её движениям, разжигало огонь внутри. Её пальцы скользили по его груди, губы вновь нашли его губы, а языки сплелись в безумном сладострастном танце.

Отредактировано Урсула Вигго (12.06.2026 01:56)

Подпись автора

Хронология